Исследования  |  Новости  |  Интервью  |  #архрейтинг

 Городские новости Санкт-Петербурга

«Летний сад — „коктейль“ из никогда не существовавших одновременно элементов» 

28/05/2012 1:06

Летний сад накануне был торжественно открыт после трехлетней реконструкции. В ходе нее зеленую зону наводнили фонтаны, павильоны, берсо и прочие новоделы. Сегодня сад будет впервые открыт для простых петербуржцев.

О том, как изменился Летний сад с 2009 года — за то время, что его реконструировали сотрудники Русского музея и компании-подрядчика ООО «Профиль», — рассуждает историк архитектуры, лауреат Анциферовской премии, председатель петербургского отделения Международного совета по охране памятников ИКОМОС Сергей Горбатенко.

Памятник современным амбициям

Коктейль из эпох и элементов

Первое, что бросается в глаза, — обилие фонтанов. Второе — множество установленных вдоль аллей трельяжных решеток, предназначенных для будущей посадки шпалерника: они превратят ранее открытый в нижнем ярусе зеленый массив сада в узкие «коридоры». Привычный Летний сад, в котором статуи воспринимались не только вдоль аллей, но и «выглядывали» в неожиданных ракурсах из-за зелени в его панорамах, существовать больше не будет.

Художественный образ его изменится бесповоротно: теперь это уже не будет подлинный, хранящий все эпохи своего существования Летний сад. Появится новый садово-парковый объект, в котором аутентичные элементы как первоначальные (петровский Летний дворец, сохранившая основу планировки сетка дорожек, Карпиев пруд), так и возникшие позже (ограды вдоль Невы и Мойки, Кофейный и Чайный домики с фасадами первой трети XIX века, монумент И. А. Крылову середины того же столетия, «порфировая» ваза), будут непонятным образом соседствовать с малодостоверными искусственно «возвращенными» из XVIII века. В числе последних — «петровские» водометы, бассейны, берсо и шпалеры, оранжерея, объекты малых форм.

Эта новая картина, «коктейль» из никогда не существовавших одновременно эпох и элементов, составленный ценой утраты подлинного памятника, ныне внедряется в общественное сознание как победа «реконструкции и реставрации».

Попытаемся оценить решение, предложенное автором проекта Н. Ивановым, поддержанное Русским музеем и органами охраны памятников, с точки зрения научной методики реставрации (а реставрация именно наука, а не искусство, и тем более не произвол, облаченный в псевдонаучные формы).

В краткой форме идеология автора и его сподвижников изложена на рекламном баннере, ограждающем сад со стороны Мойки. «Основные цели проекта» на нем сформулированы так: «Возвращение саду его характерных черт и уникальности с максимальной реставрацией (! — Прим. С. Г.) и музеефикацией сохранившихся ландшафтных и архитектурных объектов и с сохранением его древостоя: исторической планировкой, зелеными насаждениями, дорожками и газонами; скульптурой; Летним дворцом Петра I, Чайным домиком, Кофейным домиком, домиком Петра I (? — Прим. С. Г.); оградами Ю. М. Фельтена со стороны наб. р. Невы и Л. И. Шарлеманя со стороны наб. р. Мойки; гидротехническими сооружениями — прудами и фонтанами...»

Вслед за тем: «Основной концепцией реконструкции и реставрации Летнего сада является максимальное сохранение сложившегося облика с воссозданием «затей и забав», характерных для его наивысшего расцвета на период 1740–1770 гг. и до второй половины XIX века».

Анализируя вышеизложенное, прежде всего обратим внимание на обилие терминов, характеризующих сущность производимых работ (воссоздание, реставрация, реконструкция, музеефикация). Что касается реконструкции, то в данном случае, вероятно, имеется в виду грандиозный масштаб происходящего вмешательства в сложившуюся композицию сада, ее «коренное переустройство».

«Жонглирование» терминами говорит об отсутствии ясного подхода к проблеме. Мы наблюдаем разнообразную лихорадочную деятельность по освоению вложенных средств при полной концептуальной неразберихе. С одной стороны, сад не возвращается к облику, который он имел в первой половине XVIII века, с другой — он теряет свои качества как памятник истории и культуры и переходит в некое новое состояние.

Фальсификат под видом подлинника?

Согласно Международной хартии по консервации и реставрации памятников и достопримечательных мест (известной как Венецианская, 1964 года), в целях сохранности памятника как исторического документа приоритетным методом считается консервация, то есть постоянный уход за дошедшим до нас памятником. Воссоздание считается неприемлемым в принципе: в этом случае общество получает фальсификат под видом памятника.

Согласно статье 15 той же хартии, «всякая реконструкция (воссоздание. — Прим. С. Г.) должна быть исключена а priori (изначально. — Лат.)...». В стремлении к сохранению подлинности даже реставрация определяется хартией как исключительная мера. Сходным образом задачи реставрации сформулированы и в 43-й статье российского федерального закона об охране наследия.

Ведущиеся в Летнем саду работы и по отечественному, и по международному законодательству должны были основываться на выявлении и сохранении эстетических и исторических ценностей. Конечно, значение Петровской эпохи всегда было преобладающим, но были ли основания объявлять «неэстетичным» и не имеющим исторической ценности изгоняемый ныне огромный 200-летний период его существования — тот всегда ухоженный и прекрасный сад, запечатленный в десятках живописных полотен и гравюр XIX–XX веков, сад Пушкина и Крылова, Ахматовой и Остроумовой-Лебедевой?

Похоже, нелепость такого утверждения осознают и идеологи происходящего, говоря о «деградации» сада как бы вскользь, в основном применительно к состоянию его зеленого массива.

Обратимся еще раз к Венецианской хартии: «Наслоения разных эпох, привнесенные в архитектуру памятника, должны быть сохранены, поскольку единство стиля не является целью реставрации. Если здание несет на себе отпечатки многих культурных пластов, выявление более раннего пласта является исключительной мерой и может быть произведено при условии, если удаленные элементы не представляют интереса...» (ст. 11). Налицо незнание или сознательное игнорирование международных научно-методических норм, равно как и отечественного законодательства по охране памятников.

Принято считать, что у восстановления памятников ландшафтной архитектуры свои законы. Это так, но лишь в отношении одного из видов его «строительных материалов» — деревьев и кустарников. В остальном охрана и восстановительные работы в садах должны подчиняться общим правилам, о чем прямо сказано в другом авторитетном международном акте — Хартии по историческим садам (Флорентийской, ИКОМОС-ИФЛА, 1982 года).

Что касается проблемы возвращения исторического сада к виду, который он имел в ранние эпохи его существования, то здесь заключение хартии однозначно: «Реставрационные работы должны уважать последующие стадии эволюции рассматриваемого сада. В принципе ни одному периоду не должно отдаваться предпочтение перед другими, кроме тех исключительных случаев, когда степень деградации или разрушения, затронувшая некоторые части сада, может быть такой, что будет принято решение о воссоздании на основе сохранившихся фрагментов или по безукоризненным документальным свидетельствам...» (ст. 16).

Полноценного воссоздания «петровских» элементов Летнего сада не могло быть уже потому, что отсутствуют документы, точно свидетельствующие о том, каким был сад в петровскую и елизаветинскую эпохи. Результаты раскопок дали представление о габаритах и очертаниях в плане фонтанов и других парковых сооружений, о некоторых подземных технических деталях, но о фасадах и профилях чаш, об их материалах, о центральных композициях водометов, которые будут перед нашими глазами, мы обладаем в лучшем случае очень приблизительной информацией или не обладаем ею совсем.

Недаром авторы вынуждены постоянно обращаться к аналогам, а это гарантированная неправда, основанная на «тиражировании» чужих образцов. Аксонометрический план П. -А. де Сент-Илера 1760–1770-х годов, который преимущественно используется при разработке проекта, охватывает только часть сада и не дает точного представления о деталях из-за мелкого масштаба.

Чертежи отдельных сооружений крайне немногочисленны и часто противоречат один другому либо представляют собой проекты, которые в ходе реализации нередко изменялись (как это было, например, с Амфитеатром Ф. -Б. Растрелли). В результате происходящего мы теряем подлинный сад и получаем взамен некую псевдонаучную «художественную» модель, только в общих чертах напоминающую сад начала XVIII века.

Прикрываясь цитатами Лихачева

Нынешние археологи, продолжая труды своих предшественников, открыли замечательные подлинные свидетельства прошлого — основания и нижние части парковых сооружений. Но эти драгоценные находки сейчас исчезают навсегда под бетонными фундаментами возводимых фальсификатов. Наши потомки, которые будут обладать гораздо лучшими технологиями и инструментами для изучения памятников прошлого, здесь их использовать не смогут никогда. Сад в значительной мере утратил свое значение как документ прошлого и превратился в памятник амбициям автора проекта и Русского музея.

Самое удивительное, что в своих действиях идеологи проекта апеллируют к имени Д. С. Лихачева. На упоминавшемся выше баннере начертаны его слова: «...Реставрация — это не возвращение памятнику его первоначального вида. Попытки вернуться к первоначальному виду сопряжены обычно с субъективными истолкованиями этого первоначального вида, с современными представлениями о красоте. В реставрациях такого рода больше всего появляется ошибок и невосполнимых утрат. Ведь памятники, а сады и парки тем более, «живут», меняются, обрастают пристройками.

Убирать эстетически ценные наслоения разных эпох просто невозможно. Разросшийся парк приобретает новую, свою красоту, и нет нужды и права убирать ни с исторической, ни с эстетической точек зрения. Не следует возвращать красоту к ее младенческому возрасту — это и невозможно...».

На что рассчитывали авторы идеи, вынеся на ограду слова Д. С. Лихачева и делая прямо противоположное? Скорее всего, на то, что петербуржцы, пробегая мимо, не станут вдумываться ни в слова ученого, ни в суть происходящего, отреагировав лишь на громкое имя. Все, что делается ныне в Летнем саду, находится в полном противоречии с идеями и мыслями Лихачева.

Происходящее характерно для нашей эпохи, когда стали общепринятыми пренебрежение научно-методическими основами, подмена фундаментальных понятий, чувство вседозволенности.

Год назад Даниил Гранин выразил опасение, что реконструкция может привести к исчезновению «той поэзии Летнего сада, к которой привыкли петербуржцы». В этих коротких словах умудренного большим жизненным опытом человека сущность происходящего отражена не менее ярко, чем в статьях реставрационных методик и актов по охране наследия. К сожалению, это предсказание уже сбывается.

Эта статья опубликована в газете «Санкт-Петербургские ведомости» год назад, 27 мая 2011-го.

Теги: ооо профиль, русский музей, летний сад, реконструкция зданий, реставрация, сады и парки



Подписывайтесь на нас в Яндекс.Новостях



 Похожие новости 

 Вдоль Малой Невки восстанавливают недостающий участок Приморского парка

 Ради сквера Смольный уничтожит старинный дом на Лиговском проспекте

 Девелопер разбил недостающий участок сквера на Прилукской улице

 «Сад на Неве» на Смольной набережной юридически просуществовал два года

 На улице Маршала Мерецкова принялись за разбивку парка


 Комментарии 


  1. Без комментариев.


Прежде чем оставить комментарий, ознакомьтесь с правилами. В них, в частности, говорится о склонении Купчина и Репищевой улицы.
В некоторых случаях робот может отправить ваш комментарий на модерацию.